Эрик Клэптон, в чьем творчестве отразилась история рок-музыки и смежных жанров (даже с «Битлз» сотрудничал - солировал в песне While My Guitar Gently Wheeps), чей уровень игры - это и целая школа, и идеальный образец для музыкантов и чей авторитет остается, несмотря ни на что, неизменным, - для нашей страны много лет оставался недостижимым гастролером (более недостижим, наверное, только Пол Маккартни). За Клэптона русские промоутеры бились около трех лет: то он концертов не давал, то давал, но только в Англии родной, то был занят совместными проектами с мастерами блюза, то еще что-то... Но биться имело смысл, так как концерт в любом случае вызвал бы мощнейший резонанс по многим причинам. Во-первых, Клэптон любим многими и по-настоящему легендарен. Во-вторых, в последние годы он нечасто гастролирует, а в Восточной Европе выступал, кажется, вообще лишь однажды, и то в Венгрии.
Москва уже привыкла к обилию гастролеров, на мякине нашего слушателя теперь не проведешь, то, что Клэптон прекрасен и даровит, - тоже никто не сомневался. Но увиденное поразило самых икушенных. Наверное, меломанский бог прислал своего блюз-рокового ангела. Иначе чем объяснить прекрасный звук и волшебный свет, которые преобразовали унылое и неуютное советское здание Кремлевского дворца в настоящий европейский концертный зал. Волшебство, да и только. Даже не верится, что так прошли оба концерта. И что оба дня был аншлаг, и что пришли чудные зрители, которые знали весь репертуар Клэптона и угадывали даже такие древние композиции, как Bell Bottomed Blues из репертуара группы Cream.
Старых вещей вообще, к счастью, было много: и драйвовый Cocaine, и Sunshine Of Your Love, и многие другие. Они звучали в «электричестве», как и Layla. Это было несколько неожиданным - «Лэйла» все-таки более известна в акустическом варианте 1992 года, нежели в оригинале 70-х. Поэтому кое-кто ее даже не узнал - один из зрителей после концерта пробормотал: «А чего он «Лэйлу»-то не сыграл?» Но таких слушателей было немного. Большинство не просто слушали, а завороженно следили за манипуляциями великого гитариста. Сказать, что Клэптон солировал виртуозно, - значит ничего не сказать. Его продолжительные соло язык не поворачивается назвать банальными «запилами», это - явления природы, прекрасные и неуправляемые, как, скажем, гром, молния или яркое солнце в грибной дождь.
Он способен обыграть какую угодно мелодию, довести ее до неузнаваемости, чтобы в самый неожиданный момент вернуть ошарашенному слушателю в первозданном виде. При этом маэстро так точен, аккуратен, так сказочно отстранен и в то же время сосредоточен, что, кажется, не он играет музыку, а музыка играет им, как ветер облаками.
Помимо электрических частей в концерт вошли и полуакустические: ими начиналось и заканчивалось выступление. В начале прозвучали песни с последнего студийного альбома Reptile - чужие Got You On My Mind (автор - Биг Джо Тернер), Don't Let Me Be Lonely Tonight (Джеймс Тэйлор) и авторская заглавная вещь Reptile. На этом альбоме, кстати, на ударных играл знаменитый джазовый барабанщик Стив Гэдд, кумир джазистов всего мира. Он же приехал и в составе аккомпанирующей группы в Москву. То есть получился не просто концерт легендарного Клэптона, а какой-то мультижанровый проект супермузыкантов. Не больше и не меньше.
Московские концерты Клэптона установили совершенно новый уровень организации подобных мероприятий и качества рок-концерта. Да и не «рок» это никакой - как исполнитель, сочинитель и интерпретатор народной музыки (архаичного блюза) Клэптон уже давно достиг такого уровня, когда разговор о жанрах и стилях оказывается просто неуместным. Таких исполнителей в мире раз, два и обчелся.
Учитывая все вышесказанное, можно прогнозировать, что московские гастроли Эрика Клэптона объявят «событием года». Тех же, кто на это событие не попал, просто по-человечески жалко: они в жизни чего-то не видели.
Эрик Клэптон, в чьем творчестве отразилась история рок-музыки и смежных жанров (даже с «Битлз» сотрудничал - солировал в песне While My Guitar Gently Wheeps), чей уровень игры - это и целая школа, и идеальный образец для музыкантов и чей авторитет остается, несмотря ни на что, неизменным, - для нашей страны много лет оставался недостижимым гастролером (более недостижим, наверное, только Пол Маккартни). За Клэптона русские промоутеры бились около трех лет: то он концертов не давал, то давал, но только в Англии родной, то был занят совместными проектами с мастерами блюза, то еще что-то... Но биться имело смысл, так как концерт в любом случае вызвал бы мощнейший резонанс по многим причинам. Во-первых, Клэптон любим многими и по-настоящему легендарен. Во-вторых, в последние годы он нечасто гастролирует, а в Восточной Европе выступал, кажется, вообще лишь однажды, и то в Венгрии.
Старых вещей вообще, к счастью, было много: и драйвовый Cocaine, и Sunshine Of Your Love, и многие другие. Они звучали в «электричестве», как и Layla. Это было несколько неожиданным - «Лэйла» все-таки более известна в акустическом варианте 1992 года, нежели в оригинале 70-х. Поэтому кое-кто ее даже не узнал - один из зрителей после концерта пробормотал: «А чего он «Лэйлу»-то не сыграл?» Но таких слушателей было немного. Большинство не просто слушали, а завороженно следили за манипуляциями великого гитариста. Сказать, что Клэптон солировал виртуозно, - значит ничего не сказать. Его продолжительные соло язык не поворачивается назвать банальными «запилами», это - явления природы, прекрасные и неуправляемые, как, скажем, гром, молния или яркое солнце в грибной дождь.
Он способен обыграть какую угодно мелодию, довести ее до неузнаваемости, чтобы в самый неожиданный момент вернуть ошарашенному слушателю в первозданном виде. При этом маэстро так точен, аккуратен, так сказочно отстранен и в то же время сосредоточен, что, кажется, не он играет музыку, а музыка играет им, как ветер облаками.
