Клубные концерты - меньше денег, больше искусства.
Клубная система в Москве зародилась в начале 90-х с открытия разнообразных заведений для «новых богатых» («Арлекино», «Манхеттен-экспресс» и несколько других). Чуть позже начали появляться демократичные клубы с живой музыкой («Бункер») и «рэйвы» («Титаник», «Утопия» и т.д.). Возникшая в докризисный период тонкая прослойка молодых людей, принадлежащих к пресловутому «среднему классу», достаточно знала западную музыку, чтобы хотеть того же здесь. Российские меломаны, побывав за границей, пожелали завести то же у себя дома - и сервис, и кухню, и интерьер. Возник новый вид досуга - не «казино для командировочных» и не рок-клубы, а заведения с концертными программами, рассчитанными на более взыскательную публику. Такие клубы «для среднего класса» поначалу работали с крепкими отечественными профессионалами вроде Валерия Сюткина или группы «Моральный кодекс», но вскоре стало очевидно, что ажиотажного спроса на это нет. К тому же выяснилось, что уже созданы все условия для приглашения иностранных клубных звезд. Начали с диджеев, - например, в «Пропаганде». Для приезда диджеев не требовалось больших средств, их концерт можно было проводить с низким бюджетом. Но все-таки диджейский сет - развлечение «не для всех», и клубы все чаще стали привозить «живьем» группы и музыкантов.
К этому времени образовалась существенная статья для пополнения бюджета клубных концертов: российские законодатели постепенно сужали возможности размещения рекламы алкоголя и табака, а в 1999 году вовсе запретили рекламировать эту продукцию по телевидению. Из-за этого у фирм-производителей и дилеров высвободились рекламные бюджеты, которые надо было куда-то пристроить. Спонсирование концертов модных исполнителей оказалось неплохой пиаровской акцией - на них среди публики проводят сэмплинг (раздачу образцов товара), логотипы размещают на полиграфической продукции, залы оформляют в эстетике, свойственной бренду, и т. д. Спонсоры стараются ориентироваться на своего потребителя и выбирают «подходящих» для него исполнителей. Японская компания JTI (производители сигарет марки Mild Seven), например, спонсировала выступление своего соотечественника Това Тэй, Parliament - джаз (Билли Кобэм в «Ле Клубе» и т.д.), Davidoff и Martini - салонный джаз.
К тому же, хотя величину бюджета и размер гонораров клубных исполнителей никто не афишируют, известно, что подчас известная отечественная группа «стоит» побольше, чем западная. Иногда гонорары «наших» и приезжих артистов разнятся на порядок. По неофициальной информации, за выступление в клубе «Цеппелин» сегодняшний состав группы Creedence получил в пятнадцать раз меньше, чем выступавший там же «Муммий Тролль». Обычно же гонорары российских групп сравнимы с гонорарами западных и находятся в пределах от тысячи долларов до пяти-семи. Российские исполнители, вышедшие на стадионный уровень, за свои редкие клубные выступления берут от десяти до пятнадцати тысяч.
Московские клубы сегодня представляют довольно пеструю картину, в которой тем не менее просматривается определенная структура. Это касается как социальной ориентации, так и художественной и эстетической концепции. Причем сочетание одного, другого и третьего может, как оказалось, варьироваться до бесконечности. Например, на подростков и младший студенческий возраст рассчитаны недорогие клубы с живой музыкой вроде «Свалки». Там играют в основном местные «альтернативные» и тяжелые команды, и иностранные гастролеры заезжают туда крайне редко. С другой стороны, демократично-студенческая «Точка» с вместимостью в две-три тысячи часто проводит концерты гастролеров, причем выступают артисты разной направленности - от хеви-метал легенды Доры Пеш до эстетских Tindersticks и вполне мейнстримовых Reamonn. Кстати говоря, появление вместительных клубов вроде «Точки» и «Б2» (второй «Бункер») - примета прошлого года. Эти площадки - переходная фаза от клубов к концертным залам.
Средний класс среднего возраста, представители творческих профессий, «золотая молодежь» и просто тусовщики облюбовали «16 тонн». Промоутер этого клуба Владимир Морозов создал «Тоннам» репутацию площадки с исключительной концертной программой: кто бы из иностранцев ни выступал в «Тоннах» - там почти всегда аншлаг, несмотря на фейс-контроль и стоимость входного билета в 500 рублей. В этом клубе выступают и этномузыканты (Ирла О'Лионард), и авангардисты (Марк Рибо), и всякие чудики вроде финнов Aavikko.
Культурный центр «Дом» позиционирует себя как исключительно просветительскую организацию, где проводятся выставки, перформансы и концерты, продаются компакт-диски с записями этники и авангарда. Кстати говоря, выбор CD в «Доме» довольно узок - 50-60 наименований артистов, которых и в крупных магазинах особенно искать не надо. Продается очевидный Дживан Гаспарян («Домом» же и выпущенный), артисты лейбла Real World, российские джазмены, а чего-то совсем маргинального нет. Цены в баре и за вход (200 рублей) - демократичные, но вся обстановка (вешалка, неудобные школьные скамейки, запрет на курение во время концертов) ненавязчиво дает понять, что «не тусоваться пришли». «Дом» пропагандирует этнику и авангард, проводя «выездные» мероприятия на других площадках под своей вывеской. На следующей неделе, кстати, «домовцы» устраивают концерт виртуозного исполнителя на армянской флейте (дудук) Дживана Гаспаряна - с этномузыкантами из других стран - аж в Большом театре!
Яркий пример дорогого полузакрытого клуба - «XIII», где проводились всяческие концептуальные вечеринки и выступали заезжие диджеи (Deep Dish). Один раз диджеить приезжал известный некогда певец, вокалист Culture Club Бой Джордж.
Среди клубов с четко ориентированной репертуарной, концертной и ценовой направленностью - джазовый «Ле Клуб». Клуб выступает в роли промоутера, привозя, согласно установке арт-директора Игоря Бутмана, хороших мейнстримовых джазменов: Билли Кобэма, Таню Марию, Гери Бертона и многих других. Место дорогое, вход на концерт - от 50 до 100 долларов. Публика смотрит программу, сидя за столиками и выпивая. «Фишка» концертов - когда арт-директор, саксофонист-виртуоз Бутман играет джем с приезжими музыкантами.
В нынешнем году откроется еще несколько клубов большой вместимости вроде «Б2» и «Точки». В том числе еще один клуб из серии «О.Г.И.» - в нем концерты зарубежных музыкантов обещают проводить каждую неделю. Общая тенденция ближайшего времени - уркупнение клубов, что приведет к увеличению клубной аудитории и, следовательно, денежных оборотов. А это уже совсем другой бизнес и, следовательно, другие отношения.
«Промоутер всегда идет на риск, причем рискует своей репутацией»
Илья Кочеврин. Организовывал крупные концерты (оба визита Горана Бреговича) и известные клубные (Тонино Карротоне, группы We In Music, Ekova и многие другие). Работает с разными клубами. Раньше возил этнических музыкантов, сейчас больше - модных французов. Считает, что благодаря годам цензуры «в нашей стране любая хорошая музыка до сих пор воспринимается как откровение».
Говоря о клубных гастролях, невозможно четко определить, кого нужно возить, а кого не нужно. «Верняка» не бывает, промоутер всегда идет на риск, причем рискует своей репутацией. Репутация в нашем деле очень важна, так как публика ходит даже не столько на артиста (имя которого обычно мало что говорит широким массам), сколько на промоутера. Так как нет возможности, да и необходимости, прямо рекламировать клубные концерты, очень важной становится поддержка концерта звукозаписывающей компанией, представляющей артиста на территории России. Речь не о финансовой, а о рекламной и пиаровской поддержке - у лейблов есть выходы на телевидение, на радио, где они могут представить артиста в какой-нибудь спецпрограмме. Лейблам это тоже на руку, так как приезд артиста - мощнейший стимул для продвижения его записей на рынке. За один концерт в клубе можно продать около сотни «родных» дисков по цене 500-600 рублей за CD. Такое количество через магазин реализовывалось бы год, если магазин вообще бы взял на реализацию пластинки малоизвестного исполнителя. К сожалению, пока еще не все лейблы охотно сотрудничают с клубными промоутерами.
Круг посетителей клубных концертов довольно узок, но он постоянно увеличивается - так, недавно французская группа We In Music собрала три тысячи человек. И это не предел - у этого сегмента рынка есть пространство для роста. То, что любителей актуальной клубной музыки и у нас, и на Западе становится больше, - закономерная реакция людей на «запопсение» телевидения, радио и большой сцены. В музыке все самое интересное происходит на клубном уровне, и многие уже это понимают, хотя есть еще много слушателей, которые «ведутся» на рекламу. Сейчас самый бурно развивающийся сегмент музыкального рынка - это фольклор, world и этномузыка. Фольклористы уже оттяпали часть аудитории (и, соответственно, денег) у металлистов и попсы. Работает своего рода «закон сохранения аудитории».
Я стараюсь привозить тех, кто «на подъеме», в ком есть потенциал и у кого есть будущее. Как это узнать? Например, тех же We In Music я услышал на очень хорошем сборнике актуальной французской музыки My House In Montmartre, где их песня была рядом с произведениями Stardust, Air и прочих корифеев французской электронной сцены. Позже я узнал, что ребята из этого дуэта делали официальные ремиксы для Daft Punk и других именитых людей. Это определенная гарантия качества, потому что Daft Punk абы кому свою песню не отдадут. В общем, информация есть, все промоутеры обладают ею примерно в равной степени, но трактуют каждый по-своему, иногда полагаясь просто на интуицию. В прошлом году я устраивал выступление франко-алжирской группы Ekova, чью музыку я совершенно случайно нашел в Интернете. Через некоторое время я вышел на них и пригласил выступить в Москве. Ekova дала блестящий концерт в «Доме», а привезенная ими сотня компакт-дисков продалась чуть ли не в первые минуты концерта! Надо сказать, что до этого выступления я никогда не видел концерты Ekova, а за день до московского концерта у них, по их словам, случился «самый плохой концерт в жизни» - сломался компьютер, который они чинили уже в Москве. Видеть живое выступление группы - это очень хорошо, а привозить вслепую, конечно, рискованно. Но здоровый риск, а не тупой - когда не понимаешь, о чем вообще речь идет, - имеет смысл.
«Если меня заинтересовал артист, я хищно нацеливаюсь на него...»
Артем ТРОИЦКИЙ - знаменитый еще с советских времен музыкальный журналист, специалист по «независимой» музыке во всех ее проявлениях. Работал в крупном концертном бизнесе, был партнером в компании SAV Entertainment. Затем переключился на клубную деятельность. Сначала привозил авангардные коллективы вроде «нойзовых» Cleaning Women или инди-поп вроде Stereo Total, потом тех, кто играет лаунж и easy listening (Maxwell Implosion, Les Gammas). Считает, что его промоутерская деятельность приносит «копейку денег в кошелек и массу удовольствия для души».
Последнее время в Москве наблюдается настоящий клубный бум - неодномерный, развивающийся в разных плоскостях. Один из ярчайших показателей - количество клубов, открывающихся на наших глазах, а также их растущее качество. Появление приличных клубов может кое-что сказать и об уровне жизни москвичей, хотя слой «клубменов» еще узок, а внушительную часть его составляют профессиональные халявщики. Москва - второй клубный город в мире после Лондона. Мы давно перегнали Париж, не говоря уже о Берлине.
Я стараюсь возить небанальных артистов, которые мне самому были бы интересны. С западными клубными музыкантами даже чисто по-человечески приятно иметь дело - нет никаких сногсшибательных райдеров (список условий к принимающей стороне. - Ред.), никакой свиты по сто человек... Максимум два-три музыканта, звукооператор, на крайний случай - осветитель. Гонорары таких артистов - в промежутке от полутора до десяти-двенадцати тысяч долларов плюс накладные расходы: билеты, размещение, питание. На такое предприятие реально найти спонсора, сам же промоутер на этом зарабатывает совсем немного.
При организации клубных гастролей нужно учитывать некоторые тонкости. Так, я считаю, что обязательно нужно видеть живое выступление артиста, которого хочешь привезти, чтобы почувствовать энергетику концерта, понять, для какой московской площадки тот или иной музыкант лучше подходит. Я никогда не вожу то, что «плохо лежит» - если меня заинтересовал артист, я хищно нацеливаюсь на него, собираю информацию, смотрю его концерт и рано или поздно привожу. Бывая в Европе, я стараюсь смотреть как можно больше концертов, поэтому у меня практически не бывает проколов по эстетической части, а у других промоутеров, которые не имеют представления о том, какова группа на сцене, неудачи случаются значительно чаще. Одно время я хотел привезти группу Laika - очень милая группа, прекрасно слушается на пластинке. Но, посмотрев их выступление, я отказался от этой затеи - на сцене они статичны, плохо «заряжены», да и их вокалистка не очень выразительна внешне. Единственный раз я привез группу «не глядя» - это был прошлогодний концерт De Phazz, за который мне до сих пор стыдно, - известная группа, отлично звучит на пластинке, но их московский концерт был чем-то ужасным. Этакое советское варьете для иностранцев в гостинице «Интурист» в 1978 году!
«Авангардисты и фольклористы - отнюдь не низкобюджетная тусовка»
Теодора Де Вилль приехала в Россию из Бельгии десять лет назад, руководствуясь профессиональными соображениями - на родине изучала русский язык, готовилась стать переводчиком. (Переводчиком не стала, но зато теперь так идеально говорит по-русски, что любой филолог-славист позавидует.) На счету Теодоры организация как крупных концертов (Майкл Найман, Ян Тирсен, фестиваль цыганской музыки «Орион Кап Цыганский»), так и множества клубных и камерных. Специализируется на этнической музыке и авангарде. Работает в культурном центре «Дом».
Хотя поклонники фольклора и авангарда - довольно узкая прослойка меломанов, тем не менее я последние пять лет наблюдаю постоянный рост интереса публики к этим жанрам. Об этом же говорит и тот факт, что «Дом» часто имеет возможность «продавать» приглашенных музыкантов в другие клубы. Для нас это тоже удобно - во-первых, сборы на нашей площадке почти никогда не могут покрыть расходы, и, во-вторых, сами музыканты часто не хотят ехать «в далекую Россию» ради одного концерта. Им интересно увидеть разную публику, и это не пустые слова и не поза - многие авангардисты и фольклористы настолько увлеченные люди, что порой могут выступить даже бесплатно. Иногда они просят только пригласить их в Москву, оплатив дорогу и проживание, организовать несколько выступлений в «профильных» местах с соответствующей публикой - и все. Правда, такое бескорыстие встречается крайне редко, гораздо чаще имеешь дело с коллективами вроде румынского «Тараф дэ Хайдук» или египетского «Музыканты Нила». Составы обоих цыганских коллективов достаточно многочисленны, кроме того, являясь «звездами» жанра world/этно-музыки и артистами лейбла Питера Гэбриэля Real World, они работают за соответствующий гонорар.
В общем, клубные выступления приезжих авангардистов и фольклористов - отнюдь не низкобюджетная тусовка. Очевидные спонсоры вроде сигаретных и алкогольных компаний чаще всего не интересуются выступлением каких-нибудь парижских алжирцев или лондонских индусов. Поэтому спонсоры у нас соответствующие - посольство Франции, посольство Англии, Фонд Форда, то есть те, чья цель - пропаганда современного искусства и культуры своей страны, пусть даже оно представлено не мейнстримовыми, «маргинальными» жанрами - музыкой национальных диаспор, авангардными перформансами и тому подобным.
С нашей же стороны отбор происходит довольно просто - во-первых, артист должен быть нам интересен, во-вторых, он должен быть если и не суперзвездой, то хотя бы статусной фигурой и профессионалом. Не могу согласиться с теми, кто говорит, что из фольклористов можно возить «кого попроще», дескать, есть национальный колорит - и ладно. Как раз наоборот - ознакомление с фольклором других народов нужно начинать с лучших образцов, что мы и стараемся делать. Допустим, когда московская публика начала интересоваться музыкой суфиев - «кхаял», «Дом» пригласил выступить самых знаменитых исполнителей этого стиля, семью пакистанцев Сабри, которые выступают на Западе с названием Sabri Brothers и уже лет тридцать имеют там бешеный успех. Они звезды, и уровень концерта получился соответствующим. Приглашать самых лучших имеет смысл еще по той причине, что фольклор и авангард - вещь многожанровая, многоплановая и неоднородная, и компакт-диск не дает нужного представления. Правда, фольклористы на записи звучат максимально близко к живому выступлению, ближе, чем, скажем, рок-группы. Но все равно разница существенна, поэтому лучше смотреть выступления. Но мы практически никогда не имеем такой возможности - если сотрудники «Дома» будут ездить по европейским фестивалям, то они вылетят в трубу. Выкручиваемся по-разному: смотрим массу видеозаписей, спрашиваем мнения иностранных коллег, ну и конечно, надеемся на то, что звезда оправдает свое имя и статус.
В Москве сформировался новый класс бизнесменов – клубные промоутеры
Западные музыканты бывают разные: известные и не очень, скандальные и тихие, работящие и ленивые. Но все они могут приносить деньги, если об этом позаботятся специальные люди – концертные промоутеры. Емкость российского рынка организации клубных концертов измеряется уже несколькими миллионами долларов, а желающих заработать на нем становится все больше.
Гонорар Сезарии Эворы в Европе составляет $14 000 за выступление. Туры расписаны на месяцы вперед. Из-за напряженного концертного графика постоянно меняется состав аккомпанирующей группы. Вклиниться в ее концертное расписание с предложением сделать дополнительный концерт в Москве очень трудно, но возможно – при наличии должного финансирования. Преданная поклонница таланта Сезарии – бывшая жена Александра Волошина Наталия Беляева решила попытаться привезти Эвору в Москву. Никакого опыта устройства подобных мероприятий у нее не было, и для организации технической стороны дела был рекрутирован Иван Якушкин, сын бывшего пресс-атташе Бориса Ельцина (а позже – члена правления МДМ-банка) Дмитрия Якушкина, в послужном списке которого было проведение одного праздника. Финансирование проекта взял на себя МДМ-банк – по слухам, он выделил $100 000 в виде спонсорской поддержки. Сезарии было сделано предложение, от которого она не смогла отказаться: как рассказал близкий к проекту источник, ей заплатили тройную ставку, то есть около $50 000. Концерт был организован и прошел в середине апреля, причем билеты на него так и не поступили в продажу – все гости, большинство из которых были весьма высокопоставленными персонами, проходили в театр Анатолия Васильева по приглашениям.
Закрытый концерт Эворы вызвал бурную реакцию со стороны прессы, которую на мероприятие не пустили. В итоге Сезария Эвора, о существовании которой в Москве до этого знали лишь редкие поклонники творчества уроженки островов Зеленого Мыса, в одночасье стала самой модной певицей современности. И второй, сдвоенный концерт в Малом театре удалось провести почти без рекламы. Все билеты, включая самые дорогие, были распроданы.
Концертных промоутеров в Москве много. Среди них есть крупные фирмы, занимающиеся организацией стадионных концертов с бюджетами в $250 000 и более: SAV Entertainment (на счету компании, в частности, Стинг, Deep Purple и Роджер Уотерс), JSA (Roxette, Guano Apes), TCI (Rammstein, Garbage). Есть фирмы масштабом поскромнее, привозящие не столько массовых, сколько модных, элитарных артистов на площадки вроде «Горбушки» или МХАТа им. Горького – FeeLee (Tricky, Диаманда Галас), концертное агентство «Мельница» (Morcheeba) и т.д.
Но существует еще одна категория промоутеров, доходы которых практически не поддаются учету, – это организаторы клубных концертов. Их задачи значительно более сложные. Они привозят западных музыкантов, платят им гонорар и несут расходы на перелет и проживание. Гонорар клубного артиста обычно составляет от $500 до $10 000 – вознаграждение растет пропорционально статусу звезды (к примеру, организация выступления Горана Бреговича обошлась в $25 000 – правда, его сопровождал огромный аккомпанирующий ансамбль). При этом средний московский клуб вмещает не более 500 зрителей, а цена билета редко превышает 400 руб. Так что даже с учетом доходов от бара получить от концерта хоть какую-то прибыль зачастую представляется невозможным. Поэтому промоутеры ищут альтернативные источники доходов.
«В России провести концерт западной клубной звезды невозможно без спонсора. Вернуть вложенные деньги только с продажи билетов и напитков нереально. Поэтому клубный промоутер обычно ищет компанию-спонсора, брэнд-менеджер которой обязан потратить на рекламные цели определенный бюджет. За спонсорство ему предлагается тривиальный «откат»: 10 – 50% от суммы контракта», – объясняет промоутер Илья Кочеврин (он привозил Горана Бреговича, Ларлу О’Лионард и др.). Есть и другой вариант. Как говорит пожелавший остаться неназванным представитель культурного центра «Дом», «коммерческий клуб может окупить привоз западного артиста и даже получить некую прибыль, если тот приезжает один – без большой группы – и берет сравнительно небольшой гонорар».
Некоторые концертные агентства вообще не рассчитывают на выручку от продажи билетов: финансирование проекта берет на себя спонсор, а клуб, в котором проходит концерт, предоставляет помещение бесплатно. Например, по словам промоутера Caviar Lounge Ирины Щербаковой, ее компания редко делает концерты платными. «Основная масса зрителей приходит на наши концерты по приглашениям и аккредитациям. Это выгодно хозяевам клуба: им интересно привлечь новую аудиторию, которая, как правило, оставляет приличные деньги в баре, а в будущем может стать постоянной клиентурой. Это интересно и спонсору, которому важно собрать на концерте «целевую аудиторию» своего продукта. Расходы же на организацию мероприятия покрываются за счет спонсорского контракта», – говорит Щербакова.
Спонсорами клубных концертов иногда выступают благотворительные организации (вроде Центра Форда) или культурные центры при посольствах, но обычно в этой роли выступают производители сигарет и спиртных напитков – компании, рекламные возможности которых ограничены законодательством.
Метания между спонсором и зарубежным исполнителем не сулят промоутеру миллионных заработков. При удачном стечении обстоятельств агент может привозить одного артиста в месяц, получая при этом до $3000 чистого дохода. Стать же клубным промоутером может практически любой человек с нужными связями. Поэтому, кстати, никто не знает, сколько именно людей занимаются организацией выступлений западных диджеев в московских клубах. Чтобы организовать концерт, обычно бывает достаточно знать электронный адрес агента, продающего те или иные группы, и обладать не очень большой суммой денег для внесения предоплаты.
Главное – выбрать артиста и правильно его позиционировать. Поиском артиста занимаются непосредственно промоутеры. Как правило, все они великолепно ориентируются в мире западной музыки и хорошо представляют, кто может быть интересен московской публике. К тому же, если приглашенный артист не очень знаменит, его статус можно слегка поднять за счет рекламы.
Концертная афиша всегда гласит, что выступающий музыкант уникален и неповторим, а пресс-релизы пестрят хвалебными цитатами из западных изданий без указания даты публикации. Часто артистов сравнивают с более известными музыкантами: к примеру, за последний год Москву посетили как минимум трое «новых Томов Уэйтсов». Ставка на любовь новой московской богемы к клубным тусовкам и ее крайне неразборчивую тягу ко всему альтернативному срабатывает безотказно.
Хотя объем московского рынка клубных концертов по объему не превышает $10 млн, конкуренция на нем велика. «Нередки случаи, когда сразу несколько московских промоутеров пытаются перекупить друг у друга артистов, – говорит Павел Камакин, промоутер клуба «16 тонн». – В этом случае, во-первых, иногда разрываются уже заключенные контракты, а во-вторых, неоправданно возрастает гонорар артиста. То есть за музыканта, который уже много лет не выступает и не выпускает пластинок, платятся совершенно неадекватные деньги». Это сказывается на суммах не только действующих контрактов, но и будущих. Как говорит Кочеврин, «это портит рынок», поскольку у его участников создается впечатление, что в России за музыку платят бешеные деньги.
Впрочем, известны и обратные случаи, когда альтернативные музыканты с мировым именем – такие, как StereoLab, – сознательно ограничивают свои денежные аппетиты. Прекрасно понимая, что финансовые возможности московских клубов скромны, они могут уменьшить размер своего гонорар или смягчить требования к перелету и проживанию.
Экономика клубных концертов в Москве пока сильно отличается от ситуации в Европе, где у клубов не бывает спонсоров и организация каждого концерта сопряжена с риском: первоначальные расходы могут не окупиться. Тем не менее новых клубов в центре российской столицы уже почти не появляется, а значит, вероятность того, что новый клуб с целью саморекламы начнет приглашать музыкантов, переплачивая им втрое, снижается. И есть надежда, что в ближайшее время этот рынок стабилизируется.
Клубная система в Москве зародилась в начале 90-х с открытия разнообразных заведений для «новых богатых» («Арлекино», «Манхеттен-экспресс» и несколько других). Чуть позже начали появляться демократичные клубы с живой музыкой («Бункер») и «рэйвы» («Титаник», «Утопия» и т.д.). Возникшая в докризисный период тонкая прослойка молодых людей, принадлежащих к пресловутому «среднему классу», достаточно знала западную музыку, чтобы хотеть того же здесь. Российские меломаны, побывав за границей, пожелали завести то же у себя дома - и сервис, и кухню, и интерьер. Возник новый вид досуга - не «казино для командировочных» и не рок-клубы, а заведения с концертными программами, рассчитанными на более взыскательную публику. Такие клубы «для среднего класса» поначалу работали с крепкими отечественными профессионалами вроде Валерия Сюткина или группы «Моральный кодекс», но вскоре стало очевидно, что ажиотажного спроса на это нет. К тому же выяснилось, что уже созданы все условия для приглашения иностранных клубных звезд. Начали с диджеев, - например, в «Пропаганде». Для приезда диджеев не требовалось больших средств, их концерт можно было проводить с низким бюджетом. Но все-таки диджейский сет - развлечение «не для всех», и клубы все чаще стали привозить «живьем» группы и музыкантов.
Артем ТРОИЦКИЙ - знаменитый еще с советских времен музыкальный журналист, специалист по «независимой» музыке во всех ее проявлениях. Работал в крупном концертном бизнесе, был партнером в компании SAV Entertainment. Затем переключился на клубную деятельность. Сначала привозил авангардные коллективы вроде «нойзовых» Cleaning Women или инди-поп вроде Stereo Total, потом тех, кто играет лаунж и easy listening (Maxwell Implosion, Les Gammas). Считает, что его промоутерская деятельность приносит «копейку денег в кошелек и массу удовольствия для души».
Гонорар Сезарии Эворы в Европе составляет $14 000 за выступление. Туры расписаны на месяцы вперед. Из-за напряженного концертного графика постоянно меняется состав аккомпанирующей группы. Вклиниться в ее концертное расписание с предложением сделать дополнительный концерт в Москве очень трудно, но возможно – при наличии должного финансирования. Преданная поклонница таланта Сезарии – бывшая жена Александра Волошина Наталия Беляева решила попытаться привезти Эвору в Москву. Никакого опыта устройства подобных мероприятий у нее не было, и для организации технической стороны дела был рекрутирован Иван Якушкин, сын бывшего пресс-атташе Бориса Ельцина (а позже – члена правления МДМ-банка) Дмитрия Якушкина, в послужном списке которого было проведение одного праздника. Финансирование проекта взял на себя МДМ-банк – по слухам, он выделил $100 000 в виде спонсорской поддержки. Сезарии было сделано предложение, от которого она не смогла отказаться: как рассказал близкий к проекту источник, ей заплатили тройную ставку, то есть около $50 000. Концерт был организован и прошел в середине апреля, причем билеты на него так и не поступили в продажу – все гости, большинство из которых были весьма высокопоставленными персонами, проходили в театр Анатолия Васильева по приглашениям.
